Алексей Битов

«Бывает, смотришь на человека и думаешь, ну какой ты критик, ну что надо сделать, чтобы все поняли, что никакой ты не критик, а демагог и нарцисс? Думаешь, хоть бы рога, что ли, у этого "критика" выросли, как у царя в

«The Wonderful Wizard of Oz» – так называется сказка Ф. Баума. Слово «Wizard» переводят как «Волшебник», что в данном случае, безусловно, правильно. Но если открыть сколько-нибудь полный англо-русский словарь (например, словарь Мюллера), выяснится, что у слова «Wizard» есть и другое значение: фокусник. А

Статья Н. Каминской «Счастливые соотечественники» опубликована в Петербургском театральном журнале, 2015, № 3. Все цитаты – по http://www.besttheatre.ru/author_10.html.  Представьте, читаете вы какой-нибудь текст, не о театре вовсе, и натыкаетесь вдруг на такую фразу: «Период любовного томления у благородного испанца несколько затянулся». Невнимательный читатель

Этот театральный критик может всё. Может, к примеру, написать лапидарную фразу, перед которой с героя Чехова ещё на дальних подъездах к станции слетела бы шляпа: «Гамлет (Александр Горчилин) вживается в шкуру Офелии, у которой между ног течет кровь». Может выдать на-гора изящный

Захотелось мне почитать журнал «Театр» – естественно, в электронной версии. Увы, номера за 2016 год в Сети не выложены (это не в упрёк, причины понятны). Зато есть номера за прошлый год, целых 4 штуки. Последний из них – сдвоенный, так

«Роковым для рода человеческого мне кажется вопрос: удастся ли – и в какой мере – обуздать на пути культуры влечение к агрессии и самоуничтожению, ведущее к разрушению человеческого сосуществования. Наше время представляет в связи с этим особый интерес». З.Фрейд, «Недовольство культурой» (Жуткая

емного предыстории. Из «Открытого письма Ассоциации театральных критиков руководству журнала «Вопросы театра. Proscaenium»» от 02.02.2016 года: «В журнале «Вопросы театра. Proscaenium», №3-4 за 2015 год был опубликован блок материалов под общим названием «Вокруг «Золотой Маски»

(Олег Лоевский) Как известно, Остап Сулейманович Бендер знал 400 сравнительно честных способов отъёма денег. Это позволяло герою действовать по ситуации: иногда он полагался на удачу и прочёсывал населённый пункт, пока не натыкался на подходящего собеседника (например, на дворника), иногда выбирал объект